Прощание с Московией

     В конце XVII века, по прихоти Петра, складывается своего рода «антицеремониал»,  неизбежно подрывающий привычные представленя людей того времени о царе.

     Под влиянием нравов немецкой слободы, меняется облик царя: кафтан сменяется на куртку матроса, важность и плавность движений исчезают, во рту появляется трубка. На буйных шутовских пирах Пётр запросто мог обнять и расцеловать подданного.

Пётр I в иноземном наряде

     В Европе, куда Пётр отправился под чужим паспортом (обманывая традицию, запрещавшую царям покидать родину), он не брезговал жить в доме бедного кузнеца, а по возвращении сразу начал отправлять обязанности палача.

     С вступлением России в решающую схватку со Швецией новые явления в сфере церемониала получают стремительное развитие и регламентацию. Например, в Петербурге под страхом смерти было запрещено коленопреклонение перед царём (чтобы народ не марал одежды).

     Манерными и напыщенными становятся церемонии приёма послов, официальный обмен подарками, хотя и здесь случались курьёзы. Нередко Пётр принимал дипломатов прямо на верфи, не отрываясь от работы, а иногда без особой вины мог поколотить посланника.

Наградной портрет Петра I

     Бывая за границей в эти годы, Пётр мог запросто сесть в чужую карету (вещь для государя недопустимая), не говоря уже о его весьма равнодушном отношении к фасону и свежести одежды, ношению парика и т.д. «Костюм дикаря» вошёл в моду в Париже после его посещения русским царём. Иными словами, Петр везде чувствовал себя хозяином положения, для которого приличия не важны.

     Кроме шутов и карликов, у царя появляются и неизбежные при европейских дворах арапы.

Петр I с арапчонком (1705)

Запись опубликована в рубрике Церемониал. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Комментарии запрещены.